Печать
Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

 

История экспоната

     ДОЛГИЙ ПУТЬ В МУЗЕЙ

     Мемориальные вещи великого человека — для нас реликвии, которые кроме познания несут в себе нечто такое, что нельзя определить словами — «непонятную святую прелесть». Таких лермонтовских реликвий сохранилось немного. Это объясняется не только тем, что Лермонтов прожил совсем мало, не имел своего дома, семьи, но и другими обстоятельствами. После его смерти большая часть вещей поэта оставалась у Е. А. Арсеньевой, которая еще при своей жизни почти все раздала ро­дным, близким, знакомым «на память о Мишеньке». Многое затем было потеряно, утрачено, и неудивительно: ведь часто вещи «переживали» столько разных приключений. Сегодня на примере одной такой вещи мы покажем, какой длинный порой путь проходят они, прежде чем попасть в музей. Речь идет о чернильнице (песочнице) М. Ю. Лермонтова. Долгое время считалось, что она была в числе вещей, которые наследовал от сестры Е. А. Арсеньевой её младший брат Афанасий Алексеевич Столыпин (1788-1866). Из пяти братьев Елизаветы Алексеевны он был ей особенно близок. Отлично воспитанный, человек чести он отличался мужеством и умом.

Афанасий Алексеевич Столыпин (1788—1866) - младший брат Е. А. Арсеньевой, общепризнанный глава рода Столыпиных.     Выйдя в 1817 г. в отставку, Афанасий Алексеевич поселился в своем саратовском имении Лесная Нееловка, где, по мнению некоторых лермонтоведов, бывал юный Лермонтов, и занялся сельским хозяйством. В 1832 г. избран губернским предводителем саратовского дворянства. Жил А. А. Столыпин в своем имении не постоянно, а довольно часто наезжал в Москву, Петербург; здесь он непременно встречался со своим талантливым внучатым племянником. У него была большая тетрадь с произведениями Лермонтова, частью переписанными самим поэтом.

     Поскольку Лесная Нееловка была поблизости от Пензы и Тархан, то связь была постоянной, а узы родства и дружбы Арсеньевой и брата были особенно крепкими. Считается, что именно под его наблюдением строился теперешний тарханский дом в то время, когда Арсеньева, потерявшая дочь, уезжала с внуком в Киево-Печерскую лавру и в Пензу.

     Став наследником Арсеньевой, А. А. Столыпин, разумеется, жить в Тарханах не собирался. Но все наиболее ценное — мебель, посуду, портреты и, конечно же, памятные вещи, принадлежавшие сестре и её великому внуку, перевез в свое имение Лесную Нееловку. Считалось, что чернильница — одна из уцелевших лермонтовских вещей из Нееловки. В 1950 г. она, а также альбом Лермонтова, были переданы в фонды лермонтовского музея из Саратовского художественного музея им. А. Н. Радищева.

     При передаче работники музея им. Радищева говорили, что эти предметы до 1907 г. сохранялись в имении Столыпина как вещи Лермонтова, а затем после разгрома имения Столыпиных, они попали к местному учителю Горизонтову, который их потом и подарил музею им. Радищева.

     В 1939 г. в саратовской газете «Коммунист» сообщалось, что

«в Саратовском музее имени А. Н. Радищева хранится фарфоровая чернильница, изображающая голову льва. Эта чернильница принадлежала Михаилу Юрьевичу Лермонтову и сейчас экспонирована в музее на выставке фарфоровых изделий».

     В той же заметке говорится:

«М. Ю. Лермонтов не раз приезжал в Лесную Нееловку нашей Саратовской области, где находилось имение Столыпиных, с которыми у поэта были родственные связи. Имение Столыпиных было разгромлено и сожжено крестьянами в конце 1905 года. Часть вещей, принадлежавших М. Ю. Лермонтову, попала в семью Грязновых. Один из Грязновых работал в Саратове на подрядах и был знаком с журналистом Горизонтовым. Через этого Грязнова к Горизонтову попали альбом и чернильница, принадлежавшие М. Ю. Лермонтову».

     Кто же такие Грязновы и как они смогли стать владельцами лермонтовских реликвии?

     В «Саратовском листке» за 1901 год под псевдонимом «Свой» была напечатана корреспонденция «Из летних скитаний». Настоящее имя автора П. А. Аргунов. Читаем:

«Мы давно слышали от издателя «Саратовского листка» И. П. Горизонтова, что там (во Всеволодчине, ныне Радищеве — по сведениям саратовского краеведа В. И. Трофимова. — Т. М.) поныне живет и здравствует человек не только видевший Лермонтова, но н воспитывавшийся с ним под одной кровлей, что у него сохранились даже некоторые вещи поэта и его рисунки».

     Далее автор рассказывает о встрече с этим человеком, а мы, чтобы все было понятно в последующем рассказе, вернемся на несколько десятков лет назад в лермонтовские Тарханы и напомним, что среди крепостных бабки поэта был Абрам Филиппович Соколов. Получила его Елизавета Алексеевна от своего отца. А. Ф. Соколов был грамотен и с 1811 г. до самой своей смерти служил управляющим имением.

     «Арсеньева ценила преданность и расторопность» своего приказчика, выражая это тем, что разрешала внуку крестить у него детей.

     Один из сыновей Абрама Соколова — Иван — был ровесником Лермонтова, и в 1841 г. поэт взял его к себе камердинером. Иван Соколов сопровождал Лермонтова в его последнюю поездку на Кавказ, он вместе с Андреем Соколовым и Иваном Вертюковым привез хоронить из Пятигорска в Тарханы своего господина.

     Были у Абрама Соколова и дочери. Одна из них, Евлампия, замуж вышла за дворового Василия, о котором писал в воспоминаниях о детстве Лермонтова А. П. Шан-Гирей:

«(...) на плотине с сердечным замиранием смотрели, как православный люд стена на стену (...) сходился на кулачки, и я помню, как раз расплакался Мишель, когда Василий-садовник выбрался из свалки с губой, рассеченной до крови» (прим. 1).

     Василий-садовник, полное имя которого было Василий Фролович Шушеров, в 1850 г. был переведен в числе других тарханских крестьян в Саратовскую губернию, в имение наследников Арсеньевой.

     Вот к его-то сыну, Михаилу Васильевичу Шушерову, и отправился Аргунов во Всеволодчину.

«Еще дорогой мы узнали, что М. В-ич (Ми­хаил Васильевич Шушеров. — Т. М.) чувствует недомогание... После обычных вопросов, принятых в положении людей, впервые видящих друг друга, я сообщил о цели своего посещения — добыть от Мих. В-ча какие-нибудь воспоминания о Лермонтове и что-нибудь из его вещей...

     — У вас хранилось что-нибудь из вещей Лермонтова?

     — Много было вещей, особенно рисунков, да раздал... Прежде, знаете ли, как-то не ценили их... И меня тоже никто не расспрашивал. Мало как-то интересовались Лермонтовым. Мой дядя (Иван Абрамович Соколов. — Т. М.) служил камердинером у него, был при нем в Пятигорске... Дяде досталась целая куча бумаг и вещей Лермонтова. Не зная, что делать с ними, он связал их в узел и отдал кому-то...

     — А вы не сможете сказать, не попала ли часть вещей к родствен­никам вашего дяди?

     — У него было две дочери. Одна была замужем за Грязновым в Са­ратове... Да едва ли, впрочем, у дочерей было что-нибудь лермонтовское.

     — А те вещи что были у вас?

     — Так и разошлись незаметно...

     М. В-ич встал порылся в своем столе и принес старомодную фарфоровую фигуру, изображающую что-то вроде льва на задних лапах, с чашечкой внизу.

     — Вот, — сказал он, — эту песочницу... привез однажды Лермонтов из столицы, как новость по тому времени...

     — Если эта вещь принадлежала действительно Лермонтову…

     — Это вне всякого сомнения...

     —То не будете ли добры пожертвовать её хотя бы в наш Радищевский музей. Там уже есть некоторые литературные реликвии, например, стол и перо Тургенева.

     М. В-ич любезно согласился пожертвовать эту вещицу, и мы при­везли её с собой в Саратов для передачи в музей»…

     Аргунов, сотрудничавший и друживший с Горизонтовым, передал ему лермонтовскую чернильницу песочницу, которую тот и передал в музей.

     Узнал же о Шушерове Горизонтов скорее всего от его родственника Грязнова, с которым, как сказано выше, был знаком. От Грязнова, женатого на одной из дочерей Ивана Абрамовича Соколова, Горизонтов получил лермонтовский альбом, который также передал в саратовский музей.

     Так что версия о спасении лермонтовских альбома и чернильницы (песочницы) из разгромленной Нееловки, как видим, отпадает.

 

     ПРИМЕЧАНИЕ

     М. Ю. Лермонтов в воспоминаниях современников. М., 1989, с. 35.

 

Т. МЕЛЬНИКОВА.

 

Опубликовано: «Пензенский временник любителей старины», № 3 — 1991,
с. 5-6.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте